3 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Замполиты политруки а попрежнему комиссары

Замполиты-политруки, но уж точно не комиссары. Часть 1

После развала системы политических органов в Советской Армии в войсках начались необратимые последствия. Надо сказать, что первые шаги были сделаны еще в июле 1990 года, когда у власти была КПСС. При этом партия сама срубила тот стержень, который, как говорили прежде, поддерживал монолитность и обеспечивал непобедимость армии Советского Союза. Именно тогда было принято решение о реформировании политических структур в армии и замене их новой системой военно-политических органов с существенно измененным функционалом и урезанными полномочиями. В те дни, как рассказывали ветераны, последний начальник ГлавПУРа, член ЦК КПСС генерал армии Лизичев А.Д. заявил, что не будет разрушать существующую систему армейских политорганов, которая создавалась еще при Ленине. После этого он был переведен в группу генеральных инспекторов МО СССР, а в мае 1992 года вышел в отставку.

Как разрушали систему политорганов в армии

Все перемены и реорганизации осуществлялись под руководством генерал-полковника Шляги Н.И., который возглавлял реформированное Главное военно-политическое управление ВС СССР до 29 августа 1991 года. После того как М.С. Горбачев 24 августа 1991 года сложил с себя полномочия генерального секретаря ЦК КПСС, было объявлено о деполитизации армии. Спустя 5 дней верховный главнокомандующий и одновременно президент СССР М.С. Горбачев подписал указ «Об упразднении военно-политических органов в ВС СССР, погранвойсках КГБ, внутренних войсках МВД и железнодорожных войсках». К ноябрю того же года они были полностью расформированы. Приказом министра обороны СССР вместо упраздненной структуры для выполнения ее прежних задач и функций были созданы Комитет Минобороны СССР по работе с личным составом и подчинявшиеся ему органы в войсках.

В сентябре были полностью упразднены партийные организации в ВС СССР. Генерал Шляга 6 ноября 1991 года подал рапорт об отставке. Так бесславно закончила свое существование некогда мощная военно-политическая структура и ушла в прошлое плеяда замполитов-политруков, а по-прежнему — комиссаров. Ни одному внешнему врагу не удалось победить Советскую Армию или как-то повлиять на существовавшую в ней политическую систему. Но «внутренние реформаторы» на удивление легко и в рекордно короткие сроки разрушили то, что создавалось десятилетиями, проверялось в горнилах войн и скреплялось пролитой кровью комиссаров и политруков. До сих пор идут споры и дискуссии о том, почему более 18 млн. коммунистов проявили невиданную политическую пассивность и допустили разгром партийно-политической системы в стране и в армии.

После распада Советского Союза директивой Генштаба ВС от 3 сентября 1992 года комитет был реорганизован в главное управление по работе с личным составом минобороны, реальные возможности и полномочия которого были значительно урезаны. В 1994 году состоялось новое переименование в управление по работе с личным составом МО РФ и дальнейшее сокращение функционала. Кстати, мудрые и дальновидные армейские начальники, понимавшие важность и необходимость этих структур, пусть даже и с ограниченными возможностями, пытались как-то сохранить наиболее подготовленных бывших офицеров-политработников. Так, с этой целью в некоторых штабных структурах боевой подготовки были созданы штатные направления морально-психологической подготовки, на которые назначались бывшие замполиты. К 1997 году управление было преобразовано в главное управление по работе с личным составом МО РФ. Потом эта структура стала называться главным управлением воспитательной работы ВС РФ. В 2009 году в рамках «формирования нового облика армии» бывший министр обороны А. Сердюков посчитал воспитательную вертикаль вообще излишней в армии. В рамках проводимой им «военной реформы» было сокращено до 70 процентов должностей офицеров-воспитателей. В 2010 году был в очередной раз понижен статус главного управления воспитательной работы (ГУВР) Минобороны РФ. В итоге ГУВР утратил самостоятельность и был преобразован в управление при главном управлении кадров минобороны. При этом примерно 40 процентов офицерских должностей во всей воспитательной вертикали в ВС РФ были переведены в гражданские категории. Много офицеров были вынуждены уволиться из армии, ощутив пренебрежение со стороны руководства и свою ненужность в «обновленной» армии по версии Сердюкова. «Лишними» в армии оказались не только офицеры-воспитатели, но и многие другие из тех почти 200 тыс. офицеров, попавших под сокращение.

В 2010 году воспитательная структура получила новое название — Главное управление по работе с личным составом ВС РФ. За все время существования в ГУРЛС сменилось 3 начальника. В 2011 году первым этот пост занял генерал-лейтенант Чварков С.В. и пробыл он в должности 2 года. Его сменил генерал-майор Смыслов М.В., который руководил воспитательной работой в армии до 2017 года. Надо отметить, что он был из бывших политработников и начинал с ротного замполита в мотострелковой части после окончания военно-политического училища в Свердловске. Генерал понимал значение, смысл, саму суть и важность постоянной работы с личным составом. Его сменил бывший командир 154-го отдельного комендантского Преображенского полка и бывший начальник Центрального спортивного клуба армии (ЦСКА) полковник М.Н. Барышев, возглавлявший ГУРЛС с 2017 года по ноябрь (?) 2018 года.

Потребовалось четверть века, чтобы осознать порочность шагов по развалу прежней стройной системы работы с личным составом вооруженных сил в мирное и военной время. Непродуманность принимавшихся мер по «оптимизации» и разрушение военно-политических структур в войсках сразу же проявились при боевых действиях в годы 1-й и 2-й чеченских войн. Однако выводы из этого были сделаны совершенно в другой плоскости. Развал системы работы с военнослужащими продолжился и достиг своего апогея в период, когда реорганизацией в армии занялась команда А. Сердюкова, бывшего в то время министром обороны РФ. Обстановка в армейских кругах накалилась до предела. Дело дошло до скандальной отставки министра обороны и уголовного расследования вскрытых грубейших нарушений, а также противоправных действий его подчиненных — высокопоставленных руководителей оборонного ведомства.

Лишь назначение 6 ноября 2012 года главой оборонного министерства С.К. Шойгу предотвратило полных развал российской армии. Кризисное обострение военно-политической обстановки вблизи границ РФ и понимание необходимости повышения обороноспособности России и боеспособности армейских частей и соединений потребовало принятия кардинальных мер. Постепенно были восстановлены органы военного управления, организационные структуры частей и соединений. Принятыми мерами удалось повысить боевую готовность, восстановить боеспособность, а также ускорить программу модернизации и замены устаревшего вооружения и военной техники.

О своевременности принятых в то время неотложных мер свидетельствует тот факт, что впоследствии российская армия проявила себя в ходе масштабных учений, а также в реальных боевых действиях в Сирии. Ограниченный контингент российских войск, находящийся в САР по приглашению сирийских властей, в локальном и достаточно специфическом военном конфликте показал свою боевую выучку и умение воевать. Однако в условиях, когда армия готовится воевать и уже локально участвует в боевых операциях в Сирии, вновь достаточно остро проявилась потребность в усилении политико-воспитательной и морально- психологической подготовки всех категорий военнослужащих. На наш взгляд, это также стало одной из причин, которые в совокупности обозначили потребность восстановления системы военно-политических органов в российской армии и возвращение в войска замполитов-политруков.

В данном случае название должностей вторично, поскольку принято решение на основе реальной потребности в подобной структуре в современной российской армии. Теперь уточняется, какие перед ней стоят цели и задачи. Исходя из этого будет определен объем возлагаемых функций и предоставляемых полномочий. Все это, вместе взятое, позволит точно определить роль и место военно-политической структуры в строго регламентированной системе армейской организации и структурированной распорядительной (командной) вертикали, а также в системе уровней принятия решений.

Замполиты: долгая дорога обратно

30 июля 2018 года указом президента была создана в штате минобороны новая военно-политическая структура. В тот же день другим президентским указом на должность начальника этого главка был назначен генерал-полковник А.В. Картаполов. Событие, прямо скажем, не ординарное, но давно ожидаемое. Разговоры о возрождении политруков шли уже давно, поскольку сильно урезанный функционал воспитательной вертикали в армии с новыми задачами в условиях постоянно возрастающих угроз и углубляющейся военной конфронтации перестал справляться. Было принято решение возродить на новых принципах и подходах военно-политические органы в российской армии, одновременно кардинально пересмотрев их функционал и вертикаль подчиненности в системе управления войсками. Для повышения значения новой военно-политической структуры на должность руководителя главка был назначен высокопоставленный генерал, занимавший должность командующего Западным военным округом и имеющий боевой опыт командования российским контингентом в Сирии. До этого генерал никогда не занимался политической или воспитательной работой, хотя после окончания в 1985 году Московского высшего общевойскового командного училища застал еще прежнюю систему политических органов в ВС СССР. Можно сказать, что на его глазах политорганы были деполитизированы и реформированы в военно-политические органы. Партийные структуры КПСС в войсках и штабах были распущены, а партийные функционеры в своем большинстве были уволены из армии.

Последним начальником военно-политического главка, как уже отмечалось, в Советской Армии был генерал-полковник Шляга Н.И., который в ноябре 1992 года подал в отставку после упразднения всей подчиненной ему системы военно-политической работы. Правопреемником этой структуры стала в сильно урезанном функциональном виде и штатном составе временная система по работе с личным составом. Судя по последовавшим шагам, она носила переходный характер. Вместо прежних должностей заместителей командиров по политчасти первоначально бывшие политработники были назначены бесправными помощниками по работе с личным составом. И прошло немало времени, пока должностные позиции «воспитателей» не были вновь преобразованы в заместителей командиров, но все с теми же урезанными функционалом и правами. С определенными изменениями эта ситуация в целом сохранялась вплоть до создания военно-политического главка во главе с генералом А.В. Картаполовым.

Одновременно он стал 11-м замом министра обороны РФ. Кстати, начальником Главного управления по работе с личным составом ВС РФ (ГУРЛС) по состоянию на 21 ноября на официальном сайте минобороны был указан полковник Барышев М.Н., хотя по открытым публикациям это была штатная должность генерал-лейтенанта. В настоящий момент вся информация о ГУРЛС с сайта удалена, поскольку на базе прежнего главка создано Главное военно-политическое управление (ГлаВПУ) в составе 7 управлений, военно-геральдической службы и направления воинской дисциплины и профилактики правонарушений. В состав нового главка также вошел департамент культуры минобороны, управление по работе с обращениями граждан и Военный университет МО РФ.

Формирование системы военно-политических органов, по информации генерала Картаполова, осуществляется в 3 этапа. Первые 2 этапа уже пройдены. Создан центральный аппарат ГлаВПУ на базе ГУРЛС и к 1 декабря планировалось выстроить военно-политическую вертикаль вплоть до полка и отдельной части. Кстати, в сентябре в интернете появилась информация со ссылкой на «Известия», согласно которой к этой же дате должна была завершиться первая очередь назначений замов командиров рот по военно-политической работе. Правда, указывалось, что первоначально на эти новые должности планировалось назначить замполитов в мотострелковых ротах с численностью личного состава 100 и более человек. При этом в опубликованном источнике утверждалось, что «первые должности ротных замполитов созданы в мотострелковых частях и соединениях российской армии». Поскольку в открытых источниках циркулирует большое количество официально не подтвержденной информации, реальную картину формирования военно-политических структур в войсках представить достаточно сложно.

В том же источнике весьма схематично излагались основные задачи ротного замполита, которые сводились, в нашем пересказе, к следующему:

— формирование у личного состава «глубокого понимания» государственной политики в области обеспечения обороны;
— воспитание в военнослужащих чувства патриотизма, верность воинскому долгу и присяге;
— составление социально-психологической характеристики [здесь, видимо, в тексте пропущено слово — военнослужащих] роты, на основе которой будут формироваться расчеты, экипажи, отделения и смены;
— организация досуга и подготовка информации для ведомственных средств массовой информации;
— контроль за моральным обликом личного состава и не допущение того, чтобы военнослужащие принимали наркотики и злоупотребляли спиртным.

При этом в то же время на сайте «Общей газеты» и опять же со ссылкой на «Известия» было размещено сообщение о подготовленном проекте изменений в общевоинские уставы ВС РФ. И касались они, как следует из текста, только заместителей командиров частей по военно-политической работе. Однако по состоянию на 28 декабря 2018 года в общевоинских уставах ВС РФ, утвержденных Указом Президента РФ от 10.11.2007 года №1495 (ред. от 24.10.2018) и размещенных на официальном сайте компании «КонсультантПлюс» таких изменений нет. Информация по данной ситуации представляется, на наш взгляд, не полной и нуждающейся в уточнении.

Читать еще:  Как использовать монтажную пену зимой

Сейчас, судя по выступлениям начальника нового военно-политического главка, сообщениям СМИ и открытым материалам Минобороны РФ, можно предположить, что все эти назначения, в силу разных причин в центре и на местах, еще не завершены. Хотя решение начать с введения должностей замов командиров рот по военно-политической работ, на наш взгляд, выглядело бы вполне логично, поскольку именно в этом низовом армейском звене сосредоточена основная работа по боевой подготовке и воспитанию военнослужащих. Ранее в той или иной мере эти задачи решали офицеры-воспитатели с урезанными функционалом и властными полномочиями. На смену им должна прийти обновленная и четко функционирующая полноценная вертикаль военно-политических работников. Однако на этом пути немало объективных препятствий, бюрократических нагромождений, ограничений в кадровых, финансовых и иных ресурсах. Но давайте обо всем по порядку.

Заметили ош Ы бку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

Песни радио и кино

Выпуск № 217

Тексты песен из сборника Песни радио и кино с нотами для голоса и фортепиано

Тексты песен из сборника

Комиссары
Муз. Е. Жарковского, сл. М. Матусовского

Хоть седеют давно виски,
Для меня вы еще не стары —
Замполиты, политруки,
А по-прежнему — комиссары.

Ваше слово на той войне,
К сердцу путь самый верный выбрав,
Шло с гранатами наравне,
Со снарядами всех калибров!

Вы бросали людей в штыки,
Наносили врагу удары —
Замполиты, политруки,
А по-прежнему — комиссары.

Обжигая командой рот, —
Видно, участь у вас такая,—
Всюду первыми шли вперед,
За собою нас увлекая!

Так вели вы вперед полки
Сквозь страдания и пожары, —
Замполиты, политруки,
А по-прежнему — комиссары.

А к рассвету — в огонь опять,
И дорог впереди — без счета.
Побеждать и насмерть стоять!
Ваша главная партработа!

Хоть седеют давно виски,
Для меня вы еще не стары —
Замполиты, политруки,
А по-прежнему — комиссары!

Малая земля
Муз. А. Пахмутовой, сл. Н. Добронравова

Малая земля. Кровавая заря.
Яростный десант. Сердец литая твердь.
Малая земля — геройская земля,
Братство презиравших смерть.

Малая земля. Гвардейская семья.
Южная звезда Надежды и Любви.
Малая земля — Российская земля,
Бой во имя всей земли!

Малая земля. Здесь честь и кровь моя.
Здесь мы не могли, не смели отступать.
Малая земля — священная земля.
Ты моя вторая мать.

Малая земля. Товарищи, друзья.
Вновь стучит в сердца тот яростный прибой.
Малая земля —великая земля,
Вечный путь из боя в бой!

Дорога железная
Муз. В. Шаинского, сл. М. Пляцковского

Дорога таежная,
Байкало-Амурская —
Упругими рельсами
Гремящая музыка.

Припев: Дорога железная,
Как ниточка, тянется.
А то, что построено,
Все людям останется.

Мы сами придумали
Поселкам названия.
На крышах брезентовых
Мороз их названивал.

Припев: Дорога железная.
Как ниточка, тянется.
Кто слабый — не выдержит,
Кто сильный — останется.

Над сопками рыжими
Туманы качаются.
Тайги одиночество
За нами кончается.

Припев: Дорога железная,
Как ниточка, тянется.
А сердце горячее
Горячим останется.

Я тебе весь мир подарю
Муз. Евг. Мартынова, сл. И. Резника

Счастлив тот, кто в потоке дней
Слышит голос любви своей.
Счастлив тот, кто, мечтой согрет,
Верит в радостный рассвет!

Припев: Я тебе весь мир подарю —
Все моря, все цветы и зарю,
Птиц весенних над рекой
И месяц в небе молодой!
Только будь всегда со мной!

Счастлив тот, кто из года в год
Той единственной встречи ждет!
Счастлив тот, кто, устав в пути,
Сто дорог готов пройти!

Припев: Я тебе весь мир подарю —
Все моря, все цветы и зарю,
Птиц весенних над рекой
И месяц в небе молодой!
Только будь всегда со мной!

Первое апреля
Муз. В. Мигули, сл. И. Шаферана

Как ты очутилась там, где я живу?
Это мне приснилось или наяву?
Волосы поглажу, за руку возьму,
Лишь тогда поверю счастью своему.

Припев: Еще деревья спят под снежной тяжестью,
Еще кружатся белые метели,
А мне все кажется, а мне все кажется,
Что ты вдруг скажешь: «Первое апреля!»

Стало небо синим, звезд не сосчитать.
Каждый день отныне мне как праздник ждать.
И приходит радость, и уходит грусть,
И поверить счастью я опять боюсь.

Припев: Еще деревья спят под снежной тяжестью,
Еще кружатся белые метели,
А мне все кажется, а мне все кажется,
Что ты вдруг скажешь: «Первое апреля!»

Не судите меня
Муз. В. Успенского, сл. М. Осташовой

Не судите меня, девки,
Не судите меня, бабы.
Я б сама себя судила,
Если б силы вдруг нашла бы.
Не судите, не рядите
На завалинке весенней
И с укором не глядите
Мне на голые колени.

Не судите меня, бабы,
Не судите вы за это.
Мол, идет вот щеголиха,
Не по возрасту одета,
По весне не наряжалась,
Нарядилась в бабье лето.
А за то меня судите,
Что парнишку полюбила —
Молодого, да чужого
К себе в осень заманила.

Ночи вешние коротки.
По осенним меры нету.
Коротать зимою ночи
Очень трудно до рассвета.
Если б ночи покороче
Или мне побольше силы,
Ни за что бы к себе в осень
Парня я не заманила.

Только больше, чем сама я,
Не судите меня, бабы.
Только больше, чем сама я,
Не судите меня вы.

Мне нравится, что вы больны не мной
Из телефильма «Ирония судьбы»
Муз. М. Таривердиева, сл. М. Цветаевой

Мне нравится, что вы больны не мной,
Мне нравится, что я больна не вами,
Что никогда тяжелый шар земной
Не уплывет под нашими ногами.
Мне нравится, что можно быть смешной —
Распущенной — и не играть словами,
И не краснеть удушливой волной,
Слегка соприкоонувшись рукавами.

Спасибо вам и сердцем и рукой
За то, что вы меня — не зная сами! —
Так любите: за мой ночной покой,
За редкость встреч закатными часами,
За наши не-гулянья под луной,
За солнце, не у нас над головами, —
За то, что вы больны —увы! — не мной,
За то, что я, — увы! — больна не вами!

И кто виноват
Из кинофильма «Между небом и землей»
Муз. А. Зацепина, сл. Л. Дербенева

«Прощай, прощай!» — выстукивает дождь.
Я ухожу, а ты еще не знаешь,
Что никогда меня ты не найдешь,
А найдешь — ничего не исправишь.
Отныне близко буду иль вдали,
Ты все равно не встретишься со мною.
Пусть мне пройти придется полземли,
Но тебя обойду стороною.
И кто виноват,
Во всем виноват,
Теперь ни к чему
Нам выяснять с тобой.
Вчера навсегда
Погасла звезда,
Та, что была
Нашей судьбой,
Доброй судьбой.

Погасла звезда, И в «небе бескрайнем
Ты не ищи, Зря не ищи Свет голубой.
Пойми, навсегда Погасла звезда,
Та, что была Нашей судьбой,
Доброй судьбой.
Теперь ни к чему,
Тебе ни к чему
Меня окликать
Днем и в полночной мгле.
Как с этой звездой,
Прощаюсь с тобой, —
Знай, что меня
Нет для тебя,
Нет на земле!

Искать ни к чему,
Пусть даже когда-то Снова любовь,
Наша любовь Вспомнится мне.
Но с этого дня Нет больше меня,
Знай, что меня Нет для тебя, Нет на земле.

ЛитЛайф

Жанры

Авторы

Книги

Серии

Форум

Ефремов Павел Борисович

Книга «Стоп дуть! Легкомысленные воспоминания»

Читать

— Стоп… Остановитесь, пожалуйста…

Петрович затормозил велоэргометр с такой скоростью, как только тормозят профессиональные гонщики на трассе «Формулы-1». Мгновенно ноги налились свинцовой усталостью, заныла спина, да и вообще все мышцы, какие возможно. Комдив вдруг неожиданно понял, что если сейчас доктор снова даст команду на старт, он просто физически не сможет ее выполнить. Но такой команды не последовало. Доктор, то снимая, то снова надевая очки, подслеповато щурясь, разглядывал показания приборов, что-то бормоча себе под нос, и вдруг, как-то искоса посмотрев на Петровича и сразу опустив глаза, негромко выдавил из себя:

— Знаете, милейший, я тут как-то по-старчески, уж не знаю, как правильно сказать… Обосрался я, милейший… Уж будьте милостивы, простите старика…

Петрович, уже не так бурно вздымавший грудь и успевший привести дыхание в более или менее спокойную фазу, в недоумении спросил:

Доктор снова снял очки, протер их, водрузил на место.

— Видите ли… ну… как бы… ну вижу я, что не соответствует ваша фактура результатам… И оказалось… Простите уж старика, вы просто все это время на тормозе педали проворачивали…

Петрович онемел. Доктор, воспользовавшись шоковым состоянием комдива, что-то быстренько черкнул в его истории болезни, и еще раз взглянув на ее обложку, уже менее виновато и с подчеркнутой бодростью протянул Петровичу его историю болезни:

— А вы что расселись-то, Святослав Петрович?! Слезайте, слезайте… Вот, берите… Физические нагрузки вам не нужны. Все у вас в порядке! Отдыхайте, психологический отдых вам не помешает, вижу, нервишки-то пошаливают…

От усталости Петрович даже ответить ничего не смог. Он только молча сполз со своего пыточного агрегата, постанывая сквозь зубы, оделся и выполз в коридор, где его ждал я. Больше в этот день комдив не пошел ни к каким врачам. Он удалился в свой номер и до вечера периодически отмачивался в душе, сидя под струями на табуретке. С его слов, он только тогда понял, что значит походка, как у краба, и что такое чихнуть так, чтобы все мышцы ныли. И если у меня после езды «без тормозов», ноги болели пару дней, то Петрович целую неделю садился на стул, придерживаясь руками, чтобы не рухнуть на него.

Потом, когда я уже не первый раз отбывал послепоходовый отдых в санатории, я, памятуя Петровича, каждый раз наотрез отказывался кататься на этом велосипеде, отговариваясь тем, что не из космоса вернулся, да и психологический отдых для подводника гораздо важнее…

…Он не офицер, а замполит. И вообще, запомни, сержант: есть офицеры, а есть политработники. Никогда их не путай и не смешивай…

Слова старого артиллерийского комбата

О мастерах политслова и воспитателях человеческих душ разных опусов написано немало, основная часть которых ими самими и создана. И если мы нынешние, не имеем никакого морального права говорить о политруках Великой Отечественной, то о нынешних знаем не понаслышке, и не из их же воспоминаний. И тем более просто невозможно, говоря о нашем доблестном Военно-морском флоте, обойти стороной их, наших рыцарей первоисточников и апологетов линии партии. Ведь, как говорил мой самый последний заместитель командира по воспитательной работе, корабль без замполита, что деревня без дурачка.

Первый заместитель командира по политической части, встретившийся мне на действующем флоте, был, пожалуй, и последним, который полностью соответствовал тому идеалу замполита, которого хотел бы иметь каждый здравомыслящий моряк. Капитан 1 ранга Палов Александр Иванович был передовым офицером буквально во всех отношениях, что и подтверждал неуклонно все последующие годы. Политруком Александр Иванович стал нестандартным образом. Никаких политтехникумов он не заканчивал, а доблестно оттрубил пять лет на дизельном факультете одного из питерских училищ, после чего очутился в граде Полярный на должности командира моторной группы дизельной подводной лодки, без малейших перспектив к росту в звании на ближайшее десятилетие. Поплескавшись пару лет в мазуте и дизтопливе, Палов окончательно понял, что, кроме хронического радикулита, геморроя и ритуального залпа на кладбище, ничего более он здесь не заслужит и что пора сваливать с дизелей куда угодно, хоть в начальники пекарни. На его счастье, в Вооруженных силах в очередной раз обнаружилась огромнейшая недостача в политкадрах, и партия объявила мобилизацию для затыкания идеологических дыр. Старший лейтенант Палов на этот зов откликнулся, и родная партия протянула ему свою могучую руку. А если принять в расчет то обстоятельство, что Палов был секретарем комсомольской организации своего корабля и не раз опрокидывал стопарик шильца на брудершафт со своим замполитом, то его гладкий переход в идеологические работники был просто предопределен свыше.

Читать еще:  Религии мира иудаизм основные идеи и положения

Став политработником, Палов тем не менее сохранил все замашки механического офицера. То есть к формальным делам относился формально, но молодцевато, и тащил все, что плохо лежит. Авось пригодится. Эта постоянная «готовность к подвигу» и потащила наверх Александра Ивановича. К чести Палова надо сказать, что ответственности он не боялся, брал на себя все и умел сделать «из говна пулю». Естественно, руками личного состава. Я тоже попал под его пресс в первые месяцы службы, когда неосторожно признался, что умею неплохо рисовать. Палов задействовал меня во всем, где был нужен карандаш и фломастеры. Вырваться из-под его опеки помогло лишь то, что я был единственный молодой лейтенант в БЧ-5. Мой седовласый механик, когда отсутствие меня на занятиях по специальности стало хроническим, минут на двадцать уединился с Паловым в его кабинете и, судя по звукам, раздававшимся из-за двери, очень доходчиво объяснил заму, кем я пришел служить на флот. Зам с его доводами нехотя согласился и оставил меня в покое, лишь изредка вызывая в час политаврала, и то с разрешения механика. Свою ненужность в повседневной жизни корабля Александр Иванович осознал, еще будучи мотористом, а посему своим присутствием радовал нас только по необходимости. И то крайней. Все были довольны: и он, и мы. А когда наш экипаж загремел на полгода в Северодвинск ремонтировать родной корабль, зам, пообтершись недельку в бригаде, испарился на все полгода, проявившись с немного опухшим лицом за пару дней до отъезда. Причем последний раз перед исчезновением его видели поздно вечером, бредущего из нашей гостиницы в обнимку с чемоданом. Чемодан зам обнимал левой рукой, а правой — симпатичную молодую особу женского пола.

По возвращении из Северодвинска наш экипаж перевели в Краснознаменную дивизию, где зам развернулся по полной программе. Для начала в целях набора положительных баллов замполит подрядился силами экипажа отремонтировать береговой камбуз дивизии. До конца жизни буду помнить эти ночные смены, когда под руководством младших офицеров матросами выливались гипсовые плиты с довольно корявым якорем, которыми потом облицевали стены камбуза и покрасили. Дивизия, естественно, помогла материалами, но «плиточная» затея была исключительно Паловской, правда, с далеко идущими планами. Затуманив командованию дивизии глаза своими строительными замыслами, он под шумок умудрился отремонтировать нашу казарму с использованием хороших строительных материалов, выделенных тылом для камбуза. Именно тогда и от него я услышал историческую фразу, глубокий потаенный смысл которой понял лишь позднее: «…перемещение материальных ценностей внутри гарнизона воровством не является…». Камбуз наш экипаж тем не менее отремонтировал неплохо, и замполит заслуженно получил свои баллы.

Палов лучше других замов знал, что для экипажа он обязан делать три вещи, которые обеспечат ему уважение всего личного состава. Первое — квартирный вопрос, второе — отдых в море, а третье — самое тривиальное: не дергать без причины.

Замполиты политруки а попрежнему комиссары

  • ЖАНРЫ 359
  • АВТОРЫ 256 317
  • КНИГИ 587 104
  • СЕРИИ 21 814
  • ПОЛЬЗОВАТЕЛИ 544 216

Тень друга. Ветер на перекрестке

Ночные чтения сорок первого года

С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ ИСТОРИКА

Старинное изречение утверждает, что книги имеют свою судьбу. Завидная судьба произведения, о котором я пишу, началась еще до того, как оно вышло отдельной книгой. Повесть Александра Кривицкого «Тень друга, или Ночные чтения сорок первого года», будучи опубликована в журнале «Знамя», сразу же получила широкую известность. О ее литературных достоинствах, новизне формы, яркости стиля уже писали прозаики, поэты, критики.

Целиком разделяя положительные оценки, данные этому произведению литераторами, хочу сказать о «Тени друга. » как историк. Дело в том, что эта повесть построена на обширном материале русской военной истории с постоянными выходами авторских суждений в историю Отечественной войны и наши дни. Нечасто можно встретить в нашей литературе произведение, в котором история, рассматриваемая с позиций современности, становится органически важным элементом самого сюжета.

В «Тени друга. » нет никакого насильственного сближения исторических фактов с сегодняшним временем, но нет и искусственного отторжения истории от наших дней. Автор диалектически прослеживает процесс людских взаимоотношений в русской и советской армии на фоне крупных событий прошлого и настоящего. Нужно сказать, что восхищение национальными источниками русской военной силы нисколько не спорит в концепциях автора с его убеждениями коммуниста-интернационалиста. Они слиты воедино. Автор правильно отмечает, что октябрьский рубеж не отгородил Россию от ее прошлого.

Доброе, прогрессивное, что отложилось в традициях русской армии, и прежде всего храбрость и отвага солдат и офицеров при защите Родины от иноземных захватчиков, высокое сознание ими воинского долга, верность полковому знамени, воинской чести, боевое товарищество и многое другое, что безосновательно отбрасывалось в свое время историками вульгарно-социологической школы, взято ныне в арсенал нравственного воспитания советских воинов. Замечу, что автор данной книги был одним из первых, кто поднял голос в защиту боевых традиций России, кто много сделал для их пропаганды.

Наш пристальный интерес к военной истории Родины, особенно усилившийся в дни Отечественной войны, вполне закономерен. Я помню в ту пору серию военно-исторических очерков Александра Кривицкого, которые публиковались на страницах «Красной звезды» и перепечатывались фронтовыми и армейскими газетами. Они принесли тогда большую пользу и хорошо запомнились. Таким образом, исторический фон повести «Тень друга. » создавался не одни год. Идеи, возникшие в процессе его наполнения, выношены, хорошо обдуманы и потому убеждают читателя.

Ценность исторических поисков А. Кривицкого, его исследований наших военных традиций состоит в том, что он судит о них с классовых, партийных позиций, поддерживая в них то, что идет от народной основы, что составляет нетленный фундамент патриотизма, и осуждает то, что порождено узостью кастовых интересов правящих классов дореволюционной России. Автор вводит в научный обиход много малоизвестных фактов из истории русской армии, делает интересные, принципиальные, обоснованные выводы, обобщает с позиций марксизма-ленинизма свои наблюдения, что ставит его темпераментно написанную книгу в ряд ценных оригинальных трудов.

На историческом материале Александр Кривицкий написал произведение очень современное, актуальное и выразительное. При этом исторические его концепции верны и глубоки, гипотезы и догадки обоснованны.

«Тень друга, или Ночные чтения сорок первого года» — большая удача автора. Повесть принадлежит к тому разряду военно-патриотических произведений, которым суждена долгая жизнь в общении с читателем.

Замполиты капиталистического отечества

Многие люди убеждены, что если возродить как можно больше советского, то их жизнь вскоре наладится и снова возникнет уверенность в будущем.

В Госдуму поступил законопроект о возрождении в российской армии института замполитов (заместителей командира по политической части). С учетом того, что это правительственная инициатива, можно почти со стопроцентной уверенностью утверждать, что она будет одобрена парламентом и реализована на практике.

При слове «замполит» людям старшего поколения на память, вероятно, приходят строчки довольно надрывной песни брежневского застоя, когда в коммунистические идеалы в Советском Союзе уже почти никто не верил, но клясться в верности им вменялось в обязанность: «Вы бросали людей в штыки, наносили врагу удары, замполиты, политруки, а по-прежнему — комиссары»…

Зачем сегодня решено возродить этот институт — большой вопрос. Существует довольно устойчивое представление о том, что советские комиссары-замполиты, особенно начиная со времен Великой Отечественной войны, брали на себя примерно те же функции, которые в царской армии и армиях многих других стран осуществляли полковые священники — капелланы. То есть их задача — окормлять, отпевать, освящать, утешать и, по мере возможности, наставлять защитников отечества на путь истинный.

В современной России институт полковых священников возрожден уже достаточно давно. 24 января 2010 года министром обороны РФ подписано положение «Об организации работы священнослужителей с военнослужащими в воинских частях Российской Федерации». То есть, этот институт оформлен на государственном уровне и функционирует уже почти десятилетие. Оказывается, маловато будет. Теперь еще и замполиты. Но для чего?

Напомню, что институт военных комиссаров был создан в Красной армии в годы Гражданской войны. У большевиков в то время были для этого резоны. Изначально коммунистическая идея заключалась в том, что в обществе светлого будущего не должно быть регулярной армии. Эта концепция базировалась на марксистско-анархистском представлении о государстве как аппарате правящего класса для насилия и подавления и целью удержания в узде низших классов.

Поскольку в коммунистическом обществе не должно быть разделения на классы вообще (а на правящий и угнетенные в особенности), то и специальная сила в виде «особых отрядов вооруженных людей» (по выражению Энгельса) тоже не нужна. Достаточно добровольного народного ополчения, созываемого в случае опасности. Но вот если государство не исчезает (а оно, как вскоре стало понятно большевистским идеологам, никуда исчезать не собиралось, а напротив, вновь стало укрепляться), то остается и его важнейшая часть — «машина насилия и принуждения». Иначе говоря, разнообразные силовые структуры, включая армию.

Правда, теперь, при коммунизме, правящим классом стали рабочие и беднейшие крестьяне (середняки и особенно богатые крестьяне — враги, потому как они не что иное, как сельская буржуазия). Соответственно, аппарат насилия и принуждения необходим новому правящему классу для подавления сопротивления эксплуататорских классов общества — капиталистов, бывших помещиков и кулаков.

Такова была идеологическая схема, которую большевикам нужно было донести до широких и большей части неграмотных масс, мобилизованных в ходе Гражданской войны в Красную армию. Ее бойцы должны были точно знать, за что они воюют и должны были быть убеждены в своей правоте.

Было, конечно, множество и других вопросов, которые отправленные в военные части комиссары должны были разъяснять простым крестьянам и рабочим, одетым в солдатские шинели. Например, им нужно было как-то объяснить, почему новая «рабочая» власть называется «советской», но сами Советы отодвинуты на второй план партией большевиков, которая получила власть не путем выборов, а в ходе государственного переворота.

Лидер большевиков Владимир Ленин это объяснял тем, что массы в большинстве своем неграмотны, а потому нуждаются в руководстве со стороны образованных коммунистов. Посему власть должна быть в руках большевиков, которые, мол, борются в интересах широких народных масс.

Все эти нюансы и должны были объяснять красноармейцам большевистские комиссары. А еще они должны были ввести в партийные рамки ту буйную, зачастую погромную, народную стихию, которую высвободила Октябрьская революция 1917 года. А еще -следить за «военспецами», то есть бывшими царскими офицерами, десятки тысяч которых были мобилизованы в Красную армию. Их также надо было контролировать и, по возможности, обращать в новую веру.

Вот для чего в общих чертах был создан в годы Гражданской войны институт комиссаров. После победы в этой войне, когда по ее результатам большевики стали единственной правящей в стране партией, новое государство продолжило эволюционировать, становясь все менее народным (об «олигархическом» характере тогдашней «вертикали власти» Ленин писал еще в своей работе «Детская болезнь „левизны“ в коммунизме» еще в 1920 году).

Те, кто сегодня ностальгируют по советскому прошлому, рассуждают примерно в таком духе: вот в советской армии были замполиты, и армия была могучей, а страна великой. Для них весть о воссоздании института комиссаров — радостная и обнадеживающая. Они убеждены, что если возродить все или большую часть советских институтов, то нынешняя безрадостная жизнь вскоре наладится — зарплата повысится, цены перестанут расти, а у их детей и внуков появятся сияющие перспективы и надежное будущее.

Системные либералы, из тех, что в команде нынешнего российского вождя, тоже не против реанимации военных комиссаров. За годы правления Владимира Путина сислибы убедились, что советская атрибутика, аккуратно возвращаемая в нынешнюю российскую жизнь — красное знамя в той же армии, мелодия советского гимна и так далее — не только не мешают развитию капитализма, но даже помогают ему.

Читать еще:  Чем покрыть деревянный пол

Для тех, кто от перспективы «возрождения СССР» в ужасе, воссоздание института замполитов является лишним подтверждением того, что все и вправду идет в этом направлении.

Для чего это нужно Кремлю? Очевидно, что в эпоху ужесточившегося противостояния России почти со всем миром и вероятности новых войн, ее руководство решило, что личный состав армии и флота должен быть обучен в том числе и правильным идеологемам. Те, кто пролоббировал этот законопроект, исходят из своего собственного опыта службы в советской армии в 60-80 годы XX века и мыслят все по той же схеме: тогда замполиты были — и мы были сильны, значит, чтобы вновь стать сильными надо их вернуть.

Но что собираются вдалбливать в головы нынешним российским солдатам? Чем собираются убедить их в правоте действий правительства? В позднем Советском Союзе основной постулат гласил, что СССР борется за мир во всем мире. Сегодня к этому, конечно же, будут добавлены слова о защите «интересов России». Тоже во всем мире. Все это очень похоже на идеологемы поздней советской эпохи, с той только разницей, что солдатам и офицерам, конечно, никто не будет говорить, что за словосочетанием «интересы России» стоят интересы совершенно конкретной правящей в ней группы людей.

Ну и последнее. Идея с возвращением в армию замполитов, конечно, затратная. Но главное не это — мало ли сколько денег в России сейчас выбрасывается впустую? Те, кто ностальгируют по советским временам, просто могли бы задуматься вот каким вопросом. Почему, несмотря ни на каких замполитов, огромная и «несокрушимая» Советская армия в августе 1991 года вместе с самим СССР просто взяла и рассыпалась в прах? Где были те замполиты? Почему они не спасли свою страну, свою армию и себя?

Замполиты, политруки, но по-прежнему – комиссары

28 февраля 1948 г. на Вятке в Кировской области, в деревеньке Прохорята родился Александр Опарин. Яков, отец Саши, войну прошел, воевал хорошо, много орденов и боевых медалей заслужил, был несколько раз ранен, контужен, с фронта вернулся только в 1947-м, и сразу женился. Молодая жена Тоня тоже медаль имела, только за трудовой фронт. В общем, обычная новая семья, коих в те годы большинство было. Они и обеспечили явление, которое лет через сорок назовут американским термином «беби бум». До этого в годы войны была демографическая яма, которая дает о себе знать до сих пор. Яков долго еще в шинели, гимнастерке, галифе и сапогах ходил: сначала туго было с одеждой, а потом свыкся с военной формой, да и выправка была у него офицерская, хоть и не вышел он в офицерские чины.

Для железнодорожного машиниста работы в деревне не было, а семью кормить должен мужчина, тем более, что их было уже трое, и в том же, 1948-м семья переехала в Нововятск поближе к Кирову, где и заводов много, и железнодорожные станции есть. Оклад пусть и небольшой, но с премиями на жизнь скромную хватало. Жилье неказистое – дощатый заводской барак, удобства на улице, баня по субботам. Но так все тогда жили – война лишь три года, как кончилась, даже в тылу, где боев не было, упадок был везде. В начале 60-х, когда проклинаемый всеми волюнтарист Хрущев начал строительство домов, называемых сегодня «хрущобами», получили от завода комнату целых – 16 квадратных метров – в коммунальной квартире. Для родителей, бабушки и Саши с сестрой Валей, мало, конечно, для четырех кроватей места не хватило, и брат сестрой ютились на одной узкой кроватке. Но их это не очень смущало: Саша с Валей очень дружны были, брат за сестру кого угодно порвал бы.

В 1955-м Саша пошел в первый класс. Отец научил его ходить на лыжах, плавать так, что довольно широкая Вятка была для него смешной дистанцией: сплавать в оба конца наперегонки со сверстниками – плевое дело. Одноклассникам только на один раз сил хватало, а Саше – хоть бы что. Классе во втором отец купил ему гантели, вес которых рос вместе с Сашиным. К восьмому классу он уже на гири и штангу перешел, с отцом соревновался. Сначала отец побеждал – опыт, все-таки, да и техника получше, но к окончанию школы Саша, вызвав у отца неподдельное чувство гордости, уже прочно взял над ним первенство.

Когда Саше десять исполнилось, родители в Свердловск поехали. Свердловск город большой, раза в три больше Кирова, хотя Вятка, конечно, пошире, и покрасивее Исети будет. В Свердловске Саша впервые увидел мальчишек, которые были постарше него года на три–четыре, одетых в необычные черные шинели с красными погонами и фуражки с такими околышами. Особенно много этих пацанов было в самом конце главной улицы города – проспекта Ленина: там как раз и находится одно из старейших в СССР суворовское военное училище. И форма суворовцев, и здание, перед которым пушки стоят, и бюст дважды Герою Советского Союза летчику Михаилу Одинцову установлен, запомнились Саше надолго, и уже тогда решил он, что станет военным.

В школе Саша хорошо учился, отличался высокой добросовестностью и ответственностью, даже в детстве на него можно было с уверенностью положиться – он не подводил никогда. Маменькиным сынком он не был, но и стекол не бил, даже футбольным мячом, не курил, портвешком не баловался, хотя в школе многие и покуривали. За эту свою надежность одиннадцать лет отдувался за весь класс в должности старосты. Слабых защищал, девчонок, товарищам на выручку приходил. Друзей у него много было, редко он один оставался. Был бы разгильдяем, жилось бы проще и спокойнее, а так, случись что, сразу к Опарину бегут, как будто не школьник он, а умудренный опытом мужик.

Была в 60-е – 70-е песня:

«Девятый класс. Молчит звонок,

Апрельский луч упал на стены.

Как долго тянется урок,

Впервые ждёшь ты перемены.

Сидишь за партой у окна.

Глядишь тревожно и туманно,

А за окном стоит весна,

А за окном стоит весна,

Весна по имени Светлана».

Саша на уроках тоже за последней партой сидел и тоже у окна, и у него была своя весна, только не Света, а Зоя. Когда Саша погиб, сестра нашла в сарайчике, которые в тое время были даже в городских дворах, зеленую бутылку из-под шампанского, а в ней две записки с клятвами в любви до гроба, с сердечками, подписанные Зоей и Сашей. Судьба, однако, иначе распорядилась. Девушка Зоя была из обеспеченной семьи, родителей ее не прельщала перспектива породниться с голодранцем, и они отправили дочь от греха подальше учиться в другой город.

Окончив школу, Александр попытался реализовать свою мечту, но в военное училище, на радость матери – боялась она, что, не дай Бог, война, и сына убить могут, не прошел по конкурсу. Вернулся домой, устроился токарем на механический завод, где уже работали несколько выпускников из его школы – на уроках труда выучили их азам токарного дела. Заработки с Сашиным-то разрядом были невысокие, но хоть какая-то копеечка в семью – зарплату всю маме отдавал. Ещё в школе на завтраках экономил, позднее стал подрабатывать, и всегда на праздники дарил маме и сестре букетики цветов.

Затею с военным училищем Александр не оставил, и летом следующего года поступил в подмосковной Балашихе в недавно организованное Московское военное училище гражданской обороны. Это первое в СССР военное училище такого профиля было создано по инициативе героя Сталинграда, командующего легендарной 62-й, позднее – 8-й гвардейской армии, Маршала Советского Союза, Дважды Героя Советского Союза, начальника гражданской обороны страны Василя Ивановича Чуйкова.

Училище Александр окончил в 1970-м. Вместе с ним из училища выпустились начальник Тыла Российской Армии генерал армии Владимир Исаков и замначальника Генштаба России Василий Смирнов.

Во время учебы Саша родителей и сестру не забывал, Валентина до сих пор помнит, как однажды он приехал на 8-е марта и привез диковинные желтые кустики – мимозы, которых девушка никогда раньше не видела.

Окончив училище, Александр Опарин стал, как и подавляющее большинство лейтенантов, командиром взвода. В 1972 г. он вступил в коммунистическую партию, выбрав профессию комиссара, хотя в то время их называли заместителями командира по политической части – замполитами. В том же году его направили на год учиться на Центральные курсы усовершенствования политсостава, после окончания которых молодой политработник был секретарем комитета комсомола батальона, помощником начальника политотдела, замполитом учебного батальона, затем замполитом мотострелкового полка.

После окончания курсов Опарин умудрился насобирать материал для диссертации по истории религий Востока, и даже поступить, будучи уже в Афганистане, в вечернюю аспирантуру Ташкентского университета, однако стать кандидатом наук ему было не суждено.

В 1980-м, вскоре после того, как советские войска вошли в Афганистан, и началась необъявленная война, майора Опарина отправили исполнять интернациональный долг. До 1981 г. он служил в 860-й отдельном мотострелковом Псковском Краснознаменном полку, которым командовал подполковник Артуш Арутюнян, затем продолжил службу в 191-й Нарвском Краснознаменном ордена Александра Невского мотострелковом полку замполитом у подполковника Владимира Борзых. Полк был отдельный и находился в непосредственном подчинении командующего 40-й армии генерал–лейтенанта Бориса Ткача. Полк воевал в Пактии, Кандагаре, охранял крупный аэродромы в Гардезе и Газни.

В Афгане бойцы и командиры к замполитам относились неоднозначно: комиссары в пыльных шлемах времен Гражданской и политруки времен Великой Отечественной, которые с ТТ или «наганом» вставали в полный рост и поднимали бойцов в атаку, канули в лету. Не редкостью были наследники Василия Клочкова, которые предпочитали проводить линию партии, не выходя из кабинета с вентилятором, некоторые разживались даже почти невиданными на Родине кондиционерами. Может, таких было не так уж и много, но слава бежала впереди них, что авторитета и уважения всем политработникам не добавляло.

Майор Опарин был из другого окопа: меньше, чем за год, что он находился в Афганистане, он лично участвовал почти в сорока операциях, не по телефону или рации из кабинета глубоко в тылу, а, что называется, «на передке», под пулями и минами моджахедов. Он умело руководил действиями своих бойцов, и уже в начале 1981 г. получил Красную Звезду. Солдаты и офицеры полка, видели своего комиссара не только с указкой возле карты, разъясняющего причины и характер афганской войны, политику партии и правительства, но и с автоматом на БТРе, по которому «духи» остервенело садят из всех видов оружия.

Важной стратегической коммуникацией, по которой к моджахедам попадали оружие и боеприпасы, было Панджшерское ущелье. Этот поток пытались перекрыть, но он прорывался в новом месте – все горные тропы силами армии перекрыть невозможно. 17 мая 1982 г. была предпринята очередная такая попытка, и, чтобы закупорить выход из ущелья, в Панджшер были направлены большие силы. Но бой в горах очень тяжело вести, потому что фронт может моментально стать тылом, ты думаешь, что занял господствующую высоту, а по тебе стреляют с еще более высокой точки, невероятно сложно отследить перемещения душманов, которые эти горы знают лучше, чем свои пять грязных пальцев.

Группа бойцов, которой командовал майор Опарин, оказалась в самом пекле: моджахеды взяли их в полукольцо, оставив лишь узенький проход, который им не позволил закрыть огонь мотострелков. Майор был ранен дважды, но продолжал руководить боем и отстреливаться, держа автомат одной здоровой левой рукой, прикрывая отход своих солдат, пока его не настигла снайперская пуля: они в офицеров старались раньше всех стрелять. Действия командира спасли многих парней, которые до сих пор помнят, кому жизнью обязаны.

За этот подвиг 20 сентября 1982 г. майору Александру Яковлевичу Опарину посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.

Спасибо за внимание! Подписывайтесь на канал и жмите на большой палец вверх!

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector