8 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

III Внешняя политика Китая на рубеже XXXXIвв

III Внешняя политика Китая на рубеже XX-XXIвв.

Официально правительство Китая проводит независимую и мирную внешнюю политику, главная цель которой – создание сильного и могущественного единого Китая, защита независимости и суверенитета страны, создание благоприятной среды для экономического развития и открытости внешнему миру.

Политика «мирного существования» Китая базируется на основных пяти принципах, сформированных в 1954 году:

Взаимное уважение суверенитета и территориальной целостности;

Ненападение;

Взаимное невмешательство во внутренние дела друг друга;

4. Равенство и взаимная выгода. Китай официально «твердо держится открытости внешнему миру, активно развивает сотрудничество со всеми странами на основе равенства и взаимной выгоды»;

Мирное сосуществование.

Таким образом, официальная позиция Пекина во внешней политике предполагает сохранение мирной международной среды, отказ от каких-либо претензий на гегемонию, стимулирование совместного развития и защита мира во всем мире. На основе этих принципов Китай установил дипломатические отношения с 161 государством.

Главные направления внешней политики Китая:

1) Развитие дипломатических отношений между Китаем и США. Китайско-американские отношения на протяжении XX века были довольно сложными и нестабильными. В 50-х годах Китай выступил против американской агрессии в Корейской Народной Демократической Республике, что повлекло за собой последующее недопущение Китая в совет ООН и подписание договора между США и Тайванем о сотрудничестве и совместной обороне. Отношения еще более обострились после развязанной американцами войны во Вьетнаме. Только в 1969 году Китай и США сделало первые шаги навстречу миру. В 1971 году Китай, наконец, вступил в ООН. С этого времени в отношениях между двумя державами наметилось потепление. В 1972 году американский президент Никсон признал Тайвань частью Китая, а в 1979 году страны официально установили дипломатические отношения. Отношения несколько охладились после восстаний 1989 года на площади Тяньаньмэнь в Пекине, когда Запад резко осудил действия китайского правительства, однако, в целом это не ослабило экономические связи двух стран.

В октябре 1995г. в рамках 50-летнего торжества ООН Цзян Цзэминь и Бил Клинтон провели официальную встречу в Нью-Йорке. Цзян Цзэминь подчеркнул основную политику на урегулирование китайско-американских отношений на основе “углубления доверия, сокращения трений, развития сотрудничества и пресечения конфронтации”.

2) Нормализация и развитие отношений с Индией. Отношения между Индией и Китаем обострились в результате подавления китайскими войсками восстания в Тибете в 1959 года, после чего Далай-лама и часть тибетского населения бежали в Индию, где встретили поддержку индийского правительства. Сближение стран стало возможным только в 1977 году, когда страны вновь обменялись дипломатами. Официально дипломатические отношения были установлены в начале 80-х годов. Хотя между Китаем и Индией до сих пор существует ряд неразрешенных территориальных вопросов, Индия является важнейшим стратегическим партнером Китая, между странами активно развиваются торговые отношения.

3) Развитие китайско-японских отношений. Уже более 40 лет Япония является главным торговым партнером КНР, но несмотря на это политические отношения между двумя странами остаются сложными и периодически переживают периоды напряженности. Главными препятствиями на пути нормализации политических отношений между двумя странами можно назвать следующие моменты: японская позиция относительно Тайваня, недовольство Китая относительно форм извинений Японии за агрессию 1937-1945 гг., посещение японским премьером храма, где канонизированы главные японские военные преступники, разногласия в трактовке истории, растущая военная мощь Китая и др.. Последний конфликт вспыхнул в сентябре 2010 года, когда в спорных водах Восточно-Китайского моря, где были обнаружены месторождения природного газа, японские власти задержали китайское рыболовное судно. Конфликт усугубился внезапной смертью в японском зоопарке панды, одолженной Китаем, за которую Поднебесная потребовала компенсацию в размере 500 000 долларов. Пока территориальный спор так и остается неразрешенным, но оба государства заинтересованы в мирном урегулировании этих конфликтов и развитии политических и экономических отношений.

4) Китай-Россия. Министерство иностранных дел РФ характеризует российско-китайские отношения как устойчивые и динамично развивающиеся во всех областях. В 2001 году между странами был подписан Договор о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве, в котором отражены основные принципы отношений. В этом же году Китай, Россия, Казахстан, Таджикистан, Киргизия и Узбекистан основали Шанхайскую организацию сотрудничества, главные задачи которой – укрепление стабильности и безопасности, борьба с терроризмом, сепаратизмом, экстремизмом, наркотрафиком, развитие экономического сотрудничества, энергетического партнерства, научного и культурного взаимодействия. В 2008 году между Китаем и Россией были окончательно урегулированы все территориальные вопросы, обсуждение которых началось еще в 1964 году. Россия признает Тайвань и Тибет неотъемлемой частью Китая.

5) Восстановление территориальной целостности. В 80-90х годах XX века в ходе мирных переговоров Китай вернул себе Сянган (Гонконг) и Аомэнь (Макао). Однако до сих пор остается неразрешенный конфликт с Тайванем. В 1949 году коммунисты, одержавшие победу в гражданской войне над правительством Чан Кайши, объявило о создании Китайской Народной Республики. Свергнутое правительство бежало на Тайвань, где установило гоминьдановский режим, получая активную поддержку США. Китай претендует на суверенитет над островом и не исключает силового решения проблемы. Признание Тайваня необъемлемой частью Китай является одним из главных условий установления дипломатических отношений КНР с другими странами. В последние годы вместе с приходом новых лидеров в США и на Тайване появилась возможность более тесного и конструктивного сотрудничества между тремя сторонами в ближайшей перспективе.

Администрации Тайваня провозгласила программу активизации экономических связей с материковым Китаем при сохранении политического статус-кво. В июне прошлого года было подписано рамочное соглашение между Тайванем и материковым Китаем об экономическом сотрудничестве, которое по, сути, и стало отправным пунктом расширения экономического и культурного взаимодействия между двумя берегами Тайваньского пролива.

Согласно официальным данным министерства торговли КНР, товарооборот между материковым Китаем и Тайванем за первые пять месяцев 2011 года составил 65,86 млрд долларов США, что на 15,3 проц. превышает аналогичные показатели прошлого года. Объем экспорта материкового Китая на Тайвань достиг 14,54 млрд долларов, что на 30,4 проц. выше цифр за 2010 год. Импорт с Тайваня в материковый Китай составил 51,32 млрд долларов, это на 11,6 проц. больше, чем в прошлом году. С января по май 2011 года в материковом Китае было утверждено более 1020 проектов с привлечением тайваньских инвестиций. При этом инвестиции с Тайваня в размере 990 млн долларов США уже вложены в конкретные проекты.

Стороны укрепляют и гуманитарные связи, в первую очередь, за счет увеличения туристических поездок между берегами Тайваньского пролива. В конце июня туристы из материкового Китая впервые отправились на Тайвань с индивидуальными турами. В течение последних трех лет с паспортами КНР можно было посещать Тайвань, но только в составе тургрупп. До 2008 года, когда Тайбэй отменил действовавший с 1949 года запрет на туристические обмены, такие поездки были вообще невозможны.

6) Развитие отношений между Китаем и Африкой. Дружественные отношения между Китаем и африканскими странами в последние годы получили новый стимул для развития: с каждым годом товарооборот между КНР и странами Африки увеличивается в несколько раз. Китай стал вторым по величине торговым партнером Африки после США и его присутствие на континенте неуклонно растет. Большая часть африканских стран уже признали Тайвань частью Китая и прервали дипломатические отношения с тайваньским правительством. Таким образом, Китай не только приобрел важного торгового и стратегического партнера, но и получил дополнительную поддержку в вопросе Тайваня. Каждые три года, начиная с 2000, страны участвуют в саммитах «Форум сотрудничества Китай-Африка», в ходе которых также обсуждаются и социальные проекты на африканском континенте. Ежегодно из африканских стран отправляется более 15 000 студентов на обучение в китайских вузах.

Дата добавления: 2016-11-23 ; просмотров: 2476 | Нарушение авторских прав

КНР на мировой политической арене в XXI вв.: проблемы и перспективы

Рубеж XX – XXI вв. ознаменовался значительными изменениями в политической карте мира и формированием новой системы расстановки сил в мировой политике. Крушение биполярной системы международных отношений, растущие процессы глобализации [1] привели к тому, что некоторые участники международных отношений ослабили, а то и вовсе утратили своё влияние на мировой политической арене, другие же, наоборот, значительно усилили свои позиции и культурное влияние [2].

Несмотря на противоречия внутри Китая, связанные с развитием партийной системы [3], коррупцией [4], к началу XXI в. Китайская Народная Республика сформировалась как достаточно развитое в экономическом плане государство – на сегодняшний день Китай является крупнейшей страной по объёмам промышленного производства, космической и ядерной державой. По мере промышленного роста и экономического развития активизируется и внешняя политика Китая – причём степень её активности прямо соотносится с экономическими успехами этого государства. Изменения руководящих внешнеполитических идей трёх поколений руководства КПК (от национальной политики «Реформ и открытости» при Дэн Сяопине, политики «Трёх представительств» при Цзян Цзэнмине и «Гармоничного мира» при Ху Цзиньтао до формирования концепции «Китайской мечты» при Си Цзиньпине) привели к тому, что в XXI в. Китай, хоть и неявно, но последовательно и методически, заявляет свои претензии не только на статус значимого участника международных отношений, но и даже на статус лидера мировой политики [5].

Основной задачей Китая при этом является воплощение в жизнь концепции «китайской мечты» (сформулированной в 2013 г. Си Цзиньпином), т.е. «мечты о великом возрождении китайской нации», а именно интеграция экономики Китая в мировую экономику на рыночных принципах, приравнивание Китая к положению держав, решающих судьбы мировой политики и формирующих новый миропорядок, повышение имиджа и авторитета Китая в мире.

Убедившись в невозможности достижения этой цели только за счёт растущей военной мощи, Китай взял на вооружение американскую концепцию «мягкой силы» (сформулированную в начале 1990-х гг. Джозефом Нэем-младшим), разработав целую стратегию по её масштабному использованию в своих внешнеполитических целях. Инструментарий реализации этой стратегии, по данным Российского института стратегических исследований, включает в себя: 1) «выход культуры вовне», т.е. интенсивное продвижение за рубежом достижений традиционной китайской культуры, а также предметов современной «индустрии культуры»; 2) широкий лингвополитический инструментарий (популяризация китайского языка за рубежом); 3) распространение китайской пропаганды среди зарубежной аудитории через китайские СМИ; 4) содействие международному развитию (формирование многополярной системы международных отношений, установление отношений «стратегического партнёрства» с как можно большим количеством стран, пропаганда идей «мирного сосуществования» капиталистической и социалистической систем, предоставление помощи странам Восточной и Южной Азии, Африки, Латинской Америки, Ближнего Востока, Центральной Азии, активное участие в разнообразных международных проектах и форумах); 5) торгово-инвестиционное сотрудничество (увеличение объёма как входящих, так и исходящих прямых инвестиций); 6) широкомасштабная поддержка многочисленной зарубежной китайской диаспоры (хуацяо); 7) активное создание «мозговых центров» [6].

Однако подобно тому, как промышленный рост КНР сопровождается рядом ярко выраженных противоречий (экономика КНР не столь эффективна – её развитие носит экстенсивный характер из-за чего страдает качество произведённой продукции; по причине большой численности населения показатель дохода на душу населения значительно отстаёт от передовых стран мира; хозяйственное развитие также неравномерно — прибрежные провинции значительно опережают отсталые внутренние регионы страны; современная китайская экономика практически полностью зависима от внешнего рынка; сохраняются проблемы безработицы и внутреннего сепаратизма), внешнеполитическая стратегия Китая так же сталкивается с рядом затруднений и проблем. Конечно же, во многом эти затруднения и проблемы исходят из внутренних экономических и социальных вопросов, появляются из-за того, что Китай вынужден балансировать между выполнением двух весьма сложных задач — решением внутриполитических кризисов и постоянным поддержанием международного престижа.

Кроме того, ситуация осложняется и из-за двойственного отношения других стран, прежде всего стран Запада, к новым ориентирам Китая в его внешней политике. С одной стороны, мировое рыночно-демократическое сообщество ценит сложившиеся взаимовыгодные торгово-экономические отношения с Китаем, и с точки зрения экономики воспринимает его как «своего», т.е. следующего рыночному пути развития. С другой, политические и идеологические ориентиры Китая (сохранение монополии КПК на политическую власть) остаются чуждыми для западной демократии. Таким образом, в новой международной обстановке, с её непрерывно текущими процессами глобализации, США и его главные союзники в Азиатско-Тихоокеанском регионе (Австралия, Япония, Филиппины, Сингапур, Южная Корея и Таиланд) стоят на распутье, не зная какую модель взаимоотношений с Китаем предпочесть: сдерживать ли растущее могущество Китая или выстраивать с ним отношения как с равноправным политическим партнёром.

Следует отметить, что хотя возрастающее влияние Китая на международные отношения и вступает в некоторое противоречие с интересами США в Азиатско-Тихоокеанском регионе, и в целом с положением США как лидера и сверхдержавы современного мира, отношения между двумя державами вовсе не обязательно должны развиваться в рамках конфронтации, военно-политического, идеологического и культурного противостояния.

Однако политический диалог между Китаем и США, урегулирование интересов этих двух государств на мировой арене, может привести к непредвиденному охлаждению отношений между Россией и Китаем, сближение между которыми происходило на фоне конфликта интересов Китая и Запада. При этом, пожалуй, больший урон такой разрыв отношений нанесёт интересам России, поскольку именно для неё новый «азиатский вектор» представляется исключительно важным направлением международных отношений, в то время как, по мнению О.А. Симоненко, для Китая статус РФ хоть и высок в числе прочих приоритетов, но не столь исключителен [7, с. 182].

Читать еще:  Утепление полов по грунту

Между тем, на сегодняшний день усиление российско-китайского сотрудничества уже принесло свои положительные плоды, в числе которых разрешение территориальных споров между двумя государствами, интенсивные торгово-экономические и гуманитарные связи, сотрудничество в рамках Совета безопасности ООН, международных и региональных организаций (ШОС, БРИКС). Но существуют и иные проблемы, кроме возможного сотрудничества Китая с Западом, которые отрицательно сказываются на «стратегическом партнерстве» КНР и РФ. Это, во-первых, угроза превращения России в «сырьевой придаток» Китая, связанная с тем, что Китай заинтересован в поставках российских энергоресурсов и электроэнергии, Россия же – в китайском оборудовании, продукции лёгкой промышленности, а это отнюдь не делает сотрудничество между ними равноценным. Во-вторых, это вопрос о «китайской экспансии» к России и различные его интерпретации, исходящий из опасений России усиления Китая как ведущей страны АТР и возможного проникновения его экономических структур в Дальневосточный округ.

Однако ничего не указывает на то, что в ближайшем обозримом будущем Китай намерен серьёзно менять основные ориентиры своей внешней политики ни в сторону улучшения отношений с Западом, ни в сторону приостановления российско-китайского «стратегического сотрудничества» [8], как нет и никаких объективных причин, способных толкнуть Поднебесную на этот шаг. Поэтому, скорее всего в ближайшие годы Китай продолжит балансировать на грани между открытой конфронтацией с США и пути к возможному сотрудничеству двух государств (хотя переход ко второму сценарию всё же более вероятен, в связи с недавней сменой руководства США), а также и далее развивать «стратегическое сотрудничество» с РФ.

Кроме того, Китай имеет далеко идущие стратегические планы по наращиванию роли «мягкой силы» в своей внешней политике, по созданию новых инструментов для её реализации и обобщению приобретенного опыта в комплексную систему проецирования «мягкой силы», что входит в духовные основы хозяйственной культуры Китая [9]. Так, например, многие китайские источники говорят о планах увеличения к 2020 году культурных центров, занимающихся экспортом культуры за рубеж, с 20 до 50, Институтов Конфуция и Классов Конфуция за рубежом с 690 до 1000, количества обучающихся в Китае иностранных студентов с 400 тыс. до 500 тыс., увеличение суммы накопленных прямых инвестиций за рубеж со 170 млрд долларов до 2 трлн, а также о планах учреждения от 50 до 100 аналитических центров нового типа. В настоящее время на первый план в качестве основного инструмента «мягкой силы» выходит новая транспортно-логистическая стратегия «Один пояс, один путь», которая в обобщённом виде включает в себя мегапроекты «Экономический пояс Шёлкового пути» и «Морской Шёлковый путь XXI в.», предусматривающие расширение объёма грузоперевозок между Азией и Европой, развитие отношений со странами СНГ, Азии, Африки, Ближнего Востока, Латинской Америки и Евросоюза [6].

Однако, во время осуществления таких масштабных экономических проектов Пекину придётся продолжать балансировать на внутренних конфликтах. Так, например, ему будет необходимо обеспечить высокий уровень производства и занятости во время постепенного спада экономики в прибрежной зоне, роста безработицы и социальной напряжённости [10], когда более 250 млн китайских трудовых мигрантов предположительно будут передвигаться вглубь страны в поисках работы. При всём этом, государственное регулирование и монополия на инвестиции продолжат и дальше определять китайскую экономику.

Таким образом, мы можем сделать вывод о неоднозначном положении КНР на мировой политической арене в XXI в., изменяющееся место Китая в современном мире, постепенное возрастание его роли в международных отношениях, которое, однако, в значительной мере зависит от традиционных угроз, рисков и вызовов, исходящих извне или из деятельности китайского руководства, а также от того, соответствует ли темп их решения скорости их возникновения [11, с. 508].

Научный руководитель: Кремнёв Евгений Владимирович, кандидат социологических наук, и.о. заведующего кафедрой востоковедения и регионоведения АТР Института филологии, иностранных языков и медиакоммуникации ФГБОУ ВО «Иркутский государственный университет», г. Иркутск.

1. Макеева С.Б. Социально-политические аспекты изучения правовых основ международного взаимодействия // Молодёжь Сибири – науке России: материалы международной научно-практической конференции. Сост. Т.А. Кравченко; НОУ Сибирский институт бизнеса, управления и психологии. 2010. С. 170-174.

2. Терехова Н.В. Американская массовая культура в Китае: за и против // Философия и будущее цивилизации: Тезисы докладов и выступлений IV Российского философского конгресса. 2005. С. 409-410.

3. Баринкова А.В., Кремнев Е.В. К вопросу о типологических характеристиках партийной системы КНР // Китай: история и современность: материалы IX Международной научно-практической конференции (Екатеринбург, 22-23 октября 2015 г.). Ответственный редактор С. В. Смирнов. 2016. С. 220-225.

4. Адилханян И.Л. Аксиологемы программно-политического дискурса предметной сферы коррупции // Эволюция и трансформация дискурсов: языковые и социокультурные аспекты: II научная конференция с международным участием, посвящается 95-летию Самарского государственного университета (Самара, 22-23 апреля 2015 г.). 2015. С. 60-67.

5. Ли Минфу. Распространение китайского языка как фактора мягкой силы во внешней политике КНР в XXI веке – СПб.: 2016

6. Комиссина И.Н. Китай будет реализовывать внешнюю политику через «мягкую силу» // Российский институт стратегических исследований – М.: 2017

7. Симоненко О.А. КНР в современном мире: поиск стабильности в турбулентной среде // Актуальные проблемы развития КНР в процессе её регионализации и глобализации – Чита. 2015 – 179-187 с.

8. Дюндик Ю.Б., Кузнецова О.В., Крипак А.В. Новый этап российско-китайских отношений, как результат влияния мирового экономического кризиса на внешнеэкономическую деятельность России // Успехи современной науки. 2017. Т. 3. № 2. С. 192-195.

9. Кобжицкая О.Г. Духовные основы хозяйственной культуры. Дисс… канд. филос. наук. Иркутск: ИГУ, 1999. – 210 с.

10. Корешкова Ю.О., Смолова Д.М., Воронина О.Ю. К вопросу об идеях легизма как ресурсе регулирования общественных отношений в современном Китае // Успехи современной науки и образования. 2016. Т. 3. № 7. С. 153-155.

11. Михеев В.В. Китай: угрозы, риски, вызовы развитию // Московский Центр Карнеги – М.: 2005. – 647 с.

III Внешняя политика Китая на рубеже XXXXIвв

Официальным началом отсчета политики реформы и открытости в Китае считается 1978 год, в декабре которого состоялось поистине историческое событие — пленум ЦК КПК одиннадцатого созыва. В конце 70-х годов ХХ века страна оказалась перед труднейшими проблемами выборов пути дальнейшего развития. С 80-х годов ХХ века КНР умело действует в ряде треугольников двусторонних отношений. Китай гибко выстроился, во-первых, в тандем сверхдержав, во-вторых, в пространство “трех миров”, в третьих, трех достаточно различных частей развивающегося мира — Азии, Африки, Латинской Америки.

Китай проводит самостоятельную, независимую и мирную внешнюю политику. Ее миссия — сохранение мира на планете и содействие общему развитию. Китай желает вместе с народами всего мира сообща продвигать благородное дело мира и развития на планете. Для Китая характерна давняя принципиальная традиция нейтралитета. На рубеже XX-XXI веков Китай добился на этом пути немалых успехов. В принятом на XII съезде КПК в сентябре 1982 года новом Уставе записано, что партия будет “защищать мир во всем мире” на основе пяти принципов:

• взаимного уважения суверенитета и территориальной целостности;

• невмешательства во внутренние дела друг друга,

• равные и взаимовыгодные отношения;

• мирное сосуществование с другими странами мира .

Позже, в 1984 году, Дэн Сяопин следующим образом определил основные направления внешней политики страны: “Китайскую внешнюю политику 80-х годов, а фактически и 90-х, вплоть до XXI века», которую можно сформулировать главным образом, в двух фразах: первая: борьба против гегемонизма и защита мира во всем мире, вторая: Китай всегда будет принадлежать к “третьему миру”, причем это основа нашей внешней политики. Мы говорили о своей вечной принадлежности к “третьему миру” в том смысле что Китай, который сейчас, разумеется, из-за своей бедности относится к странам “третьего мира” и живет с ними всеми единой судьбой, по-прежнему будет принадлежать к “третьему миру” и тогда, когда станет развитой страной, богатым и могучим государством. Китай никогда не будет претендовать на гегемонию, никогда не будет третировать других, но всегда будет стоять на стороне “третьего мира”.

Исходя из сказанного, КНР предлагаются следующие принципы внешнеполитической стратегии :

• Соответствовать течению истории, отстаивать общие интересы всего человечества. Китай желает совместно с международным сообществом прилагать общие усилия к тому, чтобы активно содействовать многополярности мира, защищать гармоничное сосуществование различных сил и сохранять стабильность международного сообщества; активно стимулировать развитие экономической глобализации в направлении, благоприятствующем достижению общего процветания, стремиться к выгоде и избегать потерь, чтобы это приносило пользу всем странам мира, в частности развивающимся.

• Создать справедливый и рациональный новый международный политический и экономический порядок. Все страны мира должны в политике уважать друг друга, сообща вести консультации и не вправе навязывать другим свою волю; в экономике должны осуществлять взаимное стимулирование и общее развитие и не увеличивать пропасть между бедными и богатыми; в культуре должны заимствовать друг у друга, совместно процветать и не вправе отвергать культуру других национальностей; в области безопасности должны взаимно доверять, сообща защищать, утверждать новый взгляд на безопасность, заключающийся во взаимном доверии, взаимной выгоде, равенстве и сотрудничестве, решать споры посредством диалога и сотрудничества и не применять силу или угрожать силой. Выступать против различного рода гегемонизма и политики силы. Китай никогда не прибегнет к гегемонизму и экспансии.

• Защищать многообразие мира, выступать за демократизм в международных отношениях и многообразие форм развития. Мир богат и многообразен. Необходимо взаимно уважать различия культур, неоднородность социального строя и путей мирового развития, в процессе конкуренции учиться друг у друга и, несмотря на существующие различия, сообща развиваться. Дела различных стран должны решать сами народы, дела мира должны обсуждаться на равноправной основе.

• Выступать против всех форм терроризма. Необходимо укреплять международное сотрудничество, совмещая при этом различные варианты, предупреждать террористическую деятельность и наносить удары по ней, всеми силами искоренять очаги терроризма.

• Продолжать улучшать и развивать отношения с развитыми странами, делать основной упор на коренные интересы народов различных стран, несмотря на различия в социальном строе и идеологии, на основе пяти принципов мирного сосуществования расширять сферы слияния общих интересов, целесообразно преодолевать разногласия.

• Продолжать укреплять добрососедство и дружбу, отстаивать добрососедство и партнерство с соседями, укреплять региональное сотрудничество, продвигать на новый уровень обмен и сотрудничество с сопредельными странами.

• Продолжать укреплять сплоченность и сотрудничество с третьим миром, способствовать взаимному пониманию и доверию, усиливать взаимную помощь и поддержку, расширять сферы сотрудничества и повышать эффективность сотрудничества.

• Продолжать активно участвовать в многосторонней внешнеполитической деятельности, развивать свою роль в ООН и других международных и региональных организациях, поддерживать развивающиеся страны в защите их собственных законных интересов.

• Продолжать отстаивать принцип независимости и самостоятельности, полного равноправия, взаимного уважения и невмешательства в дела друг друга, развивать обмен и сотрудничество с политическими партиями и политическими организациями различных стран и регионов.

• Продолжать широко развертывать народную дипломатию, расширять внешний культурный обмен, стимулировать дружбу между народами и продвигать развитие межгосударственных отношений. Принципы установления дипломатических отношений с зарубежными странами

На основе этих принципов Китай к концу 2002 года установил дипломатические отношения со 165 странами мира.

Аппарат и организации системы внешнеполитических связей

Основные органы и организации внешнеполитической службы Китая:

? Министерство иностранных дел КНР – это оперативный орган правительства, ведающий межгосударственными отношениями, делами соотечественников, проживающих за рубежом, и выполнением консульских функций. Во всех провинциях, автономных районах и городах центрального подчинения созданы Канцелярии по иностранным делам, отвечающие за внешние связи в пределах своей компетенции и подчиняющиеся МИД. В особых административных районах созданы Управления уполномоченного МИД, ведающие делами, входящими в компетенцию Центрального правительства и касающимися правительства ОАР. Министр иностранных дел КНР — Ли Чжаосин; уполномоченный МИД в ОАР Сянган — Цзи Пэйдин, уполномоченный МИД в ОАР Аомэнь — Вань Юнсян.

? Китайское народное общество дружбы с заграницей создано в мае 1954 года. Его миссия состоит в содействии развитию дружбы и взаимопонимания между китайским народом и народами различных стран мира. В качестве представителя китайского народа общество устанавливает связи с дружественными к Китаю организациями и деятелями различных стран, поддерживает взаимные контакты с ними. Общество является коренным фактором развития дружеских отношений китайского народа с народами всех стран мира и имеет свои филиалы во всех провинциях, автономных районах и городах центрального подчинения. Председатель общества — Чэнь Хаосу.

? Китайское народное общество по изучению международных отношений создано в декабре 1949 года. Его миссия — изучение международных и внешнеполитических вопросов, международный обмен и развертывание народной дипломатии в интересах укрепления дружбы китайского народа с народами различных стран, содействия развитию отношений Китая с различными странами для вклада в дело мира во всем мире. Общество поддерживает широкие связи с политическими деятелями, дипломатами, видными общественными деятелями и учеными, а также с организациями по изучению международных проблем. Оно организует различные научные симпозиумы и дискуссии и активно участвует в них, ведет изучение и обмен мнениями по международным проблемам. Председатель общества — Мэй Чжаожун.

Читать еще:  Как сделать навесные полки своими руками

Основные принципы внешней политики Китая

Официальным началом отсчета политики реформы и открытости в Китае считается 1978 год, в декабре которого состоялось поистине историческое событие — пленум ЦК КПК одиннадцатого созыва. В конце 70-х годов ХХ века страна оказалась перед труднейшими проблемами выборов пути дальнейшего развития. С 80-х годов ХХ века КНР умело действует в ряде треугольников двусторонних отношений. Китай гибко выстроился, во-первых, в тандем сверхдержав, во-вторых, в пространство “трех миров”, в третьих, трех достаточно различных частей развивающегося мира — Азии, Африки, Латинской Америки.

Китай проводит самостоятельную, независимую и мирную внешнюю политику. Ее миссия — сохранение мира на планете и содействие общему развитию. Китай желает вместе с народами всего мира сообща продвигать благородное дело мира и развития на планете. Для Китая характерна давняя принципиальная традиция нейтралитета. На рубеже XX-XXI веков Китай добился на этом пути немалых успехов. В принятом на XII съезде КПК в сентябре 1982 года новом Уставе записано, что партия будет “защищать мир во всем мире” на основе пяти принципов:

-взаимного уважения суверенитета и территориальной целостности;

-невмешательства во внутренние дела друг друга,

-равные и взаимовыгодные отношения;

-мирное сосуществование с другими странами мира .

Позже, в 1984 году, Дэн Сяопин следующим образом определил основные направления внешней политики страны: “Китайскую внешнюю политику 80-х годов, а фактически и 90-х, вплоть до XXI века», которую можно сформулировать главным образом, в двух фразах: первая: борьба против гегемонизма и защита мира во всем мире, вторая: Китай всегда будет принадлежать к “третьему миру”, причем это основа нашей внешней политики. Мы говорили о своей вечной принадлежности к “третьему миру” в том смысле что Китай, который сейчас, разумеется, из-за своей бедности относится к странам “третьего мира” и живет с ними всеми единой судьбой, по-прежнему будет принадлежать к “третьему миру” и тогда, когда станет развитой страной, богатым и могучим государством. Китай никогда не будет претендовать на гегемонию, никогда не будет третировать других, но всегда будет стоять на стороне “третьего мира”.

-Исходя из сказанного, КНР предлагаются следующие принципы внешнеполитической стратегии :

• Соответствовать течению истории, отстаивать общие интересы всего человечества. Китай желает совместно с международным сообществом прилагать общие усилия к тому, чтобы активно содействовать многополярности мира, защищать гармоничное сосуществование различных сил и сохранять стабильность международного сообщества; активно стимулировать развитие экономической глобализации в направлении, благоприятствующем достижению общего процветания, стремиться к выгоде и избегать потерь, чтобы это приносило пользу всем странам мира, в частности развивающимся.

• Создать справедливый и рациональный новый международный политический и экономический порядок. Все страны мира должны в политике уважать друг друга, сообща вести консультации и не вправе навязывать другим свою волю; в экономике должны осуществлять взаимное стимулирование и общее развитие и не увеличивать пропасть между бедными и богатыми; в культуре должны заимствовать друг у друга, совместно процветать и не вправе отвергать культуру других национальностей; в области безопасности должны взаимно доверять, сообща защищать, утверждать новый взгляд на безопасность, заключающийся во взаимном доверии, взаимной выгоде, равенстве и сотрудничестве, решать споры посредством диалога и сотрудничества и не применять силу или угрожать силой. Выступать против различного рода гегемонизма и политики силы. Китай никогда не прибегнет к гегемонизму и экспансии.

• Защищать многообразие мира, выступать за демократизм в международных отношениях и многообразие форм развития. Мир богат и многообразен. Необходимо взаимно уважать различия культур, неоднородность социального строя и путей мирового развития, в процессе конкуренции учиться друг у друга и, несмотря на существующие различия, сообща развиваться. Дела различных стран должны решать сами народы, дела мира должны обсуждаться на равноправной основе.

• Выступать против всех форм терроризма. Необходимо укреплять международное сотрудничество, совмещая при этом различные варианты, предупреждать террористическую деятельность и наносить удары по ней, всеми силами искоренять очаги терроризма.

• Продолжать улучшать и развивать отношения с развитыми странами, делать основной упор на коренные интересы народов различных стран, несмотря на различия в социальном строе и идеологии, на основе пяти принципов мирного сосуществования расширять сферы слияния общих интересов, целесообразно преодолевать разногласия.

*Продолжать укреплять добрососедство и дружбу, отстаивать добрососедство и партнерство с соседями, укреплять региональное сотрудничество, продвигать на новый уровень обмен и сотрудничество с сопредельными странами.

• Продолжать укреплять сплоченность и сотрудничество с третьим миром, способствовать взаимному пониманию и доверию, усиливать взаимную помощь и поддержку, расширять сферы сотрудничества и повышать эффективность сотрудничества.

• Продолжать активно участвовать в многосторонней внешнеполитической деятельности, развивать свою роль в ООН и других международных и региональных организациях, поддерживать развивающиеся страны в защите их собственных законных интересов.

• Продолжать отстаивать принцип независимости и самостоятельности, полного равноправия, взаимного уважения и невмешательства в дела друг друга, развивать обмен и сотрудничество с политическими партиями и политическими организациями различных стран и регионов.

• Продолжать широко развертывать народную дипломатию, расширять внешний культурный обмен, стимулировать дружбу между народами и продвигать развитие межгосударственных отношений. Принципы установления дипломатических отношений с зарубежными странами

На основе этих принципов Китай к концу 2002 года установил дипломатические отношения со 165 странами мира.

Во внешней политике современного Китая выстраивается новая модель отношений с мировым сообществом. КНР в настоящее время стремится к достижению статуса сверхдержавы регионального и глобального масштабов. Китайская внешнеполитическая стратегия, не обремененная жесткими союзническими связями, носит целеустремленный и в то же время гибкий характер, подкрепляясь стабильными темпами наращивания и модернизации экономической и военной мощи страны. Однако, несмотря на довольно четкую и последовательную политику КНР в отношениях с мировыми державами, авторами книги предлагается подробное рассмотрение особенностей претворения в жизнь данной политики в различных регионах мира. Новизна такого подхода состоит также в том, что, помимо анализа практического применения внешнеполитической стратегии Китая в ряде ключевых стран и регионов, в разделе, посвященном этой проблематике, приводится рассмотрение стратегических целей КНР и геополитики страны, что напрямую обуславливает содержание внешнеполитического курса Пекина.

На основе пяти принципов мирного сосуществования Китай расширяет сферы общих интересов с крупными державами и целесообразно преодолевает разногласия

Китай — Россия. Китайско-российские отношения находятся на пристальном внимании мирового сообщества, поскольку от “веса” и “качества” этих отношений в значительной степени зависит структура мировых отношений. В мае 1989 года в ходе визита М. С. Горбачева в Пекин были нормализованы китайско-советские отношения. В 90-е годы XX века между странами был заключен ряд соглашений, в которых они выразили свои общие взгляды по поводу международной обстановки в мире и развития двусторонних отношений. В 1996 году отношения между странами перешли в стадию “стратегического партнерства”. Сотрудник Института Азии и Тихого океана Академии общественных наук КНР Тан Шипин считает, что стремление сторон к стратегическому партнерству вызвано тремя причинами:

*расширением НАТО на восток,

*укреплением союза безопасности между США и Японией,

*ощущением слабости России и Китая в однополюсном мире .

Внешняя политика КНР в период 2002–2008 гг.

(тезисы)

Подготовлено при содействии РГНФ. Проект 12-03-00376 «Современный внешнеполитический курс Китайской Народной Республики и заветы Дэн Сяопина».

1. В существе и в форматах реализации внешней политики КНР в период после проведения в Пекине Олимпийских игр (август 2008 г.) и вспышки мирового финансово-экономического кризиса 2008–2009 гг. произошли заметные изменения, привлекшие повышенное внимание как международной общественности, так и экспертного китаеведного и более широкого политологического сообщества. Можно говорить о таких новациях, как окончательное обретение Китаем статуса глобального игрока в современной системе международных отношений, возросшая напористость и жесткость КНР в проведении своего внешнеполитического курса и особенно при отстаивании так называемых «ключевых национальных интересов», попытки нарастить «мягкую силу» страны, прежде всего за счет более широкого «выхода вовне» китайской культуры – по аналогии с политикой «выхода вовне» китайского бизнеса (см. подробнее: [1]).

2. Вполне закономерно возникает вопрос, являются ли новации во внешней политике КНР последних лет своеобразным отрицанием международно-политического курса страны в предшествующий период, или же, напротив, их истоки и предпосылки можно выявить и проследить как раз в первой половине правления четвертого поколения лидеров современного Китая? Именно поэтому, на наш взгляд, анализ внешней политики КНР в период 2002–2008 гг. как на концептуальном, так и на практическом уровне представляет особый интерес.

3. Разумеется, этот период внешней политики КНР в плане его изучения отнюдь не являет собой terra incognitа. Концепция «мирного возвышения» Китая привлекла экстраординарное внимание международного сообщества. Определенное внимание было уделено и пришедшему ей на смену лозунгу «мирного развития» Китая, а также концепции «гармоничного мира», выдвинутой Ху Цзиньтао в сентябре 2005 г. в выступлении в Организации Объединенных Наций.

4. Вместе с тем, при немалом количестве исследований по отдельным аспектам и направлениям внешней политики КНР периода 2002–2008 гг. попытки дать ее обобщенную картину носили, можно сказать, единичный характер, по крайней мере, в отечественном китаеведении (см.: [2]). Да и конкретные обстоятельства и нюансы как продвижения концепции «мирного возвышения» Китая, так и ее замены на «мирное развитие» прояснены далеко не полностью.

5. Общепризнанным автором и инициатором популяризации концепции «мирного возвышения» считается известный китайский политолог, бывший исполнительный проректор Партийной школы при ЦК КПК Чжэн Бицзянь, в начале 2000-х годов имевший прямой выход на лидеров страны. Временем и местом публичного обнародования концепции провозглашен форум в городке Боао (Хайнань), проведенный осенью 2003 г. (перенесен с традиционного апреля из-за эпидемии атипичной пневмонии). В Интернете легко отыскать подборку статей и выступления Чжэн Бицзяня о «мирном возвышении» Китая, впервые изданную в США в 2005 г. на английском языке (см. [3]) [1] .

6. Однако эта каноническая версия нуждается в уточнении. Как свидетельствует профессор Института международных отношений Фуданьского университета Жэнь Сяо, толчком к формулированию идеи «мирного возвышения» как «возможного нового пути для Китая» послужили беседы Чжэн Бяцзяня в декабре 2002 г. в США со многими бывшими и действующими влиятельными американскими политиками, в т.ч. с Г. Киссинджером, З. Бжезинским, Кондолизой Райс. По итогам поездки Чжэн подготовил записку для Ху Цзиньтао, что привело к созданию специальной группы во главе с Чжэн Бицзяном по разработке концепции «мирного возвышения» Китая [4, p. 34].

7. Еще более существенно то обстоятельство, что Чжэн Бицзянь, похоже, не был первым и единственным китайским экспертом, предложившим общественности понятие и сам термин «мирное возвышение» Китая. Ряд зарубежных китаеведов напоминает о сходной идее Янь Сюэтуна из Университета Цинхуа, выдвинутой еще в 1998 г. Можно сказать, что идея просто витала в воздухе, и ее могли озвучить практически одновременно сразу несколько ученых.

Так, еще в сентябре 2002 г., то есть в преддверии 16-го съезда КПК, в серии «Изучение важной идеи Цзян Цзэминя о тройном представительстве» мизерным для Китая тиражом в 3500 экземпляров была издана небольшая авторская монография известного шанхайского политолога-международника Хуан Жэньвэя «Время и пространство возвышения Китая» [5] [2] . Не знаю, насколько ценят Хуан Жэньвэя в экспертных и руководящих кругах КНР, но его удивительно точные и прозорливые рецепты десятилетней давности с позиций сегодняшнего дня воспринимаются как абсолютно четкая «дорожная карта» усиления позиций Китая в мировой политике и экономике в опоре на благоприятные международные факторы, которая была весьма последовательно реализована на практике в период пребывания у власти Ху Цзиньтао. Для примера: уже тогда Хуан Жэньвэй предлагал всемерно использовать членство в ВТО для утверждения в мировом сообществе образа Китая как «ответственной державы», ставил вопрос о необходимости усиления конкурентоспособности «мягкой силы» страны как обязательном условии ее возвышения, рассматривал включение Китая в перераспределение ресурсов глобального рынка и в реорганизацию производственных цепочек (с переносом значительной части перерабатывающей промышленности именно в КНР) как «исторический шанс для осуществления страною скачкообразного развития» [5, с. 84–85]. Хочу обратить особое внимание на само название книги Хуан Жэньвэя. «Временем возвышения» Китая стало именно десятилетие лидерства Ху Цзиньтао – при всех возможных оговорках и побочных эффектах. А пространством своего возвышения Китай сделал всю мыслимую триаду – небо и космос (создание самолета-невидимки, запуск космонавтов, орбитальной космической станции, начало осуществления лунной программы), водные акватории (обширная программа наращивания ВМФ, пуск в строй первого авианосца, жесткая борьба за утверждение суверенитета над островами близлежащих морей, активное освоение находящихся в КНР верховий трансграничных рек), землю – в самых разных формах экономической экспансии вплоть до прямой масштабной аренды и покупки земельных участков за рубежом.

Читать еще:  Какой поликарбонат лучше для теплиц оценка практика

8. Как известно, формально концепция «мирного возвышения» Китая была достаточно быстро – уже на рубеже 2004–2005 гг. заменена концепцией «мирного развития» страны, широко и активно пропагандируемой по сей день китайской пропагандой. Однако, как совершенно справедливо заметил Жэнь Сяо, данная замена является не «кончиной» концепции «мирного возвышения», а скорее терминологическим компромиссом, призванным успокоить критиков. В данном контексте заслуживают упоминания два обстоятельства. Во-первых, против широкого использования термина «мирное возвышение» выступило Министерство иностранных дел КНР, усмотревшее в нем противоречие с ключевым заветом Дэн Сяопина «держаться в тени и стараться ничем не проявлять себя», который тогда олицетворял официальное позиционирование страны на мировой арене. Во-вторых, уже после официального введения в оборот термина «мирное развитие» проект исследования самых различных аспектов стратегии «мирного возвышения» Китая параллельно продолжался под патронажем Ху Цзиньтао. Споры о предпочтении «развития» или «возвышения» достигли кульминации на 17-м съезде КПК в 2007 г., где по этому вопросу была проведена специальная дискуссия. Вполне можно солидаризироваться с мнением Жэнь Сяо, что «мирное возвышение» стало не только «заявлением Китая о намерениях», но и «новой философией китайской внутренней и внешней политики» [4, p. 35].

9. Вполне вероятно, что из вышесказанного можно сделать вывод, будто Китай на деле остался верен концепции «мирного возвышения», облагородив внешний, явленный миру фасад своей политики на мировой арене успокаивающей и устраивающей всех картиной «мирного развития».

Что же, этого исключать нельзя – в том плане, что, по китайской традиции, «мирное возвышение» сохранилось как более откровенный разговор «для своих», а «мирное развитие» оказалось в большей мере адресовано внешнему миру. Однако это мало что меняет. Китаю в принципе была не нужна какая-либо тайная геополитическая повестка дня. Поставив на 16-м съезде КПК задачу увеличения ВВП страны за двадцать лет в четыре раза, Пекин в открытую сказал миру о себе, своих геополитических целях и их вероятных последствиях все, что требовалось. Все остальное – прямое производное от стратегических ориентиров, сформированных в ноябре 2002 г. Добавим, что и неизменные заверения Пекина в его приверженности пути сугубо мирного развития не предотвращают появление в мире все новых модификаций теории «китайской угрозы» и, что еще более важно, никак не препятствуют использованию Китаем весьма жестких методов защиты своих интересов, особенно провозглашенных «ключевыми».

10. В практической внешней политике КНР периода 2002–2008 гг. есть целый ряд сюжетов и эпизодов, которые в ретроспективном плане вызывают повышенный интерес. Прежде всего, это антияпонские демонстрации в Китае в апреле 2005 г., призванные показать неприятие китайской стороной трактовки в японских учебниках событий военного времени 1937–1945 гг. В свете последующих раундов обострения китайско-японских отношений в сентябре 2010 г. и особенно в августе–сентябре 2012 г. можно констатировать, что события апреля 2005 г. были не случайным эпизодом, а первым актом «разведки боем» в длительной борьбе КНР с Японией за лидерство в Восточной Азии.

Весьма любопытны и попытки графически отобразить уровень отношений КНР с ведущими государствами мира. Соответствующие схемы с 2005–2006 гг. в течение ряда лет публиковал раз в квартал журнал «Современные международные отношения» («Сяньдай гоцзи гуаньси»), а затем публикация была перенесена в некоторые другие издания (например, в ведущий китайский еженедельник «Ляован»), правда, на нерегулярной основе. Хотя сторонние эксперты весьма критически оценивали сами эти оценки (например, отношения с США в китайском обществе оценивались гораздо выше, чем следовало из заниженных по политическим соображениям данных вышеупомянутых публикаций), однако самостоятельную ценность имели ранжирование ведущих государств по уровню их отношений с КНР и сам их перечень (США, Япония, Германия, Великобритания, Франция, Индия, Россия).

В целом, на наш взгляд, между внешней политикой КНР периодов 2002–2008 гг. и 2009–2012 гг. существует очевидная преемственность как на концептуальном, так и на инструментальном уровнях.

Литература
1. Портяков В.Я. О некоторых особенностях внешней политики Китая в 2009–2011 гг. // Проблемы Дальнего Востока, 2012, № 2. С. 27–42.
2. Уянаев С.В., Сафронова Е.И. От «мирного возвышения» к «гармоничному миру»: эволюция концептуального обоснования внешнеполитического курса КНР в начале XXI века // Китай в мировой и региональной политике. История и современность. Выпуск XIII. М.: ИДВ РАН, 2008. С. 115–134.
3. China’s Peaceful Rise: Speeches of Zheng Bijian 1997–2005. Brookings Institution Press, October 1, 2005.
4. Ren Xiao. China’s Possible New Path // East Asian Policy, Singapore, 2010, № 3, pp. 33–38.
5. Хуан Жэньвэй. Чжунго цзюеци дэ шицзянь хэ кунцзянь (Время и пространство возвышения Китая). Шанхай. 2002.

Ст. опубл.: Общество и государство в Китае: Т. XLIII, ч. 2 / Редколл.: А.И. Кобзев и др. – М.: Федеральное государственное бюджетное учреждение науки Институт востоковедения Российской академии наук (ИВ РАН), 2013. – 487 стр. (Ученые записки ИВ РАН. Отдела Китая. Вып. 9 / Редколл.: А.И.Кобзев и др.). С. 404-408.

  1. Сборник статей Чжэн Бицзяня был опубликован также в Шанхае в 2005 г.
  2. Хуан Жэньвэй – сотрудник Шанхайской Академии общественных наук, один из ответственных редакторов ежегодного (с 2003 г.) «Доклада о международном статусе Китая».

Все за сегодня

Политика

Экономика

Наука

Война и ВПК

Общество

ИноБлоги

Подкасты

Мультимедиа

Политика

Внешняя политика Китая «по Си Цзиньпину»

Выступая с отчетным докладом на XIX съезде Коммунистической партии Китая, открывшемся 18 октября 2017 года, председатель Си Цзиньпин заявил: «Социализм с китайской спецификой вступает в новую эпоху».

Чем же отмечена эта новая эпоха во внешней политике Китая? Чтобы ответить на этот вопрос, можно, например, вспомнить о действиях Си на международной арене с 2012 года, когда он возглавил страну.

Контекст

Новая задача армии США — сокрушить Россию или Китай

Первые С-400 уже на пути в Китай

Россия — вторая военная держава в мире

Более того, ни один китайский лидер не совершал столько поездок по миру за такой короткий период. С 2013 года Си 28 раз выезжал за границу, посетив пять континентов, 56 стран, а также штаб-квартиры крупнейших международных и региональных организаций.

Уже первый срок пребывания Си на посту председателя ознаменовал собой новую эпоху в китайской внешней политике — по крайней мере в том, что касается двуединого курса «приветствовать у себя» (qingjinlai) и «идти вовне» (zouchuqu). Но эта новая эпоха отнюдь не исчерпывается взрывом дипломатической активности. Си Цзиньпин привнес в китайскую внешнюю политику четыре новые идеи. Это новый тип отношений великих держав, дипломатия великой державы с китайской спецификой, построение глобального общества с единой судьбой и новый тип международных отношений. Ни одному китайскому лидеру еще не удавалось так загрузить работой иностранных аналитиков — они без устали пытаются осознать смысл и последствия этих концепций.

Кроме того, никогда еще Поднебесная не оказывала такого влияния на развитие мировой экономики. При Си Цзиньпине Пекин стал инициатором создания Азиатского банка инфраструктурных инвестиций, Фонда Шелкового пути и Нового банка развития — трех международных финансовых учреждений с совокупным уставным капиталом более 200 миллиардов долларов. Одновременно он начал реализацию инициативы «Одного пояса — одного пути» — беспрецедентного по масштабу плана развития транспортной инфраструктуры на всем Евразийском континенте.

Вместе все эти усилия можно охарактеризовать как внешнюю политику Китая «по Си Цзиньпину». Ни один китайский лидер за последние два десятилетия не играл столь видной роли «под небесами». И, судя по всему, можно с уверенностью сказать, что никогда еще китайский народ так не гордился своей страной.


Будущее китайской внешней политики

Итак, мы увидели, что нового произошло за последние пять лет. А какой будет внешняя политика Китая в ближайшие пять или десять лет? Некоторые намеки содержит доклад Си Цзиньпина на XIX съезде КПК. В этом важном документе говорится не только о достижениях прошлого, но и в общих чертах излагаются приоритетные задачи на будущее.

О «великом возрождении китайской нации» в докладе упоминается 27 раз, а о «глобальном обществе с единой судьбой» и инициативе «Один пояс — один путь» соответственно шесть и пять раз. Впрочем, куда важнее тот факт, что эти три формулировки теперь закреплены в уставе партии в виде поправок, принятых на съезде. При этом понятие «великая держава» упоминается семь раз, а об «отношениях нового типа с великими державами» не говорится вообще. Формулировка «международные отношения нового типа» встречается в докладе дважды.

В совокупности эти признаки указывают на то, что «великое возрождение китайской нации» будет главным приоритетом Пекина до 2049 года, когда будет отмечаться столетний юбилей коммунистического Китая. К этому моменту, заявляется в докладе, страна станет «современной могущественной социалистической державой». По словам Си Цзиньпина, «вступление социализма с китайской спецификой в новую эпоху означает, что китайская нация… встречает великий скачок: встала на ноги, стала жить лучшей жизнью и превращается в сильную и могучую нацию».

Но китайская мечта о национальном возрождении отнюдь не сводится к восстановлению былого величия страны. Напротив, Пекин полон решимости преобразовать весь мир в «общество с единой судьбой», в частности через инициативу «Один пояс — один путь» и создание международных отношений нового типа. Этот план рассчитан не на одну страну, пусть даже крупнейшую в мире по численности населения, — речь идет о беспрецедентно масштабной и смелой концепции для всего человечества. Ни одно государство в истории, включая Римскую и Британскую империи или Соединенные Штаты Америки, не предлагало такого миру. Нынешняя программа — это не что иное, как заявка Китая на мировое лидерство. Таким образом, Китай, обретя богатство и могущество, возвестит о начале новой эры и в международной политике.

Возвестит ли? Идеи и реальность порой разделяет глубокая, а то и непреодолимая пропасть.

Прежде всего стоит отметить, что исчезновение из доклада Си Цзиньпина концепции «отношений нового типа с великими державами» (в первую очередь с Соединенными Штатами) вовсе не означает, что Вашингтон можно списать со счетов. Напротив, Соединенные Штаты, будучи сегодня ведущей мировой державой, пожалуй, единственная страна, способная фундаментальным образом повлиять на будущее Китая. Если Вашингтон не пожелает делиться властью с Пекином или будет настаивать на универсальности либеральной демократии, отказываясь признавать «гармоничное многообразие» (это выражение, как сообщается, впервые ввел в оборот бывший премьер Госсовета КНР Вэнь Цзябао в ходе визита в США в 2003 году), обе страны в конечном счете могут пасть жертвой великодержавного соперничества.

Во-вторых, у Китая непростые отношения с соседними странами, например, с Японией и Мьянмой. Проблемы, стоящие перед руководством КНР, особенно наглядно проявляются на Корейском полуострове. Северная Корея, судя по всему, превратилась из фальшивого друга Пекина в реального врага, а Южная — из потенциального друга в потенциального врага. Пекин может выбирать себе друзей и врагов, но выбирать соседей он не в состоянии. Если КНР — да и любая другая страна — будет окружена недружественными государствами, ей будет не до глобальных амбиций.

В-третьих, во внешней политике Китай, похоже, исходит из того, что тесные экономические связи естественным образом приведут к политическому сближению. Однако отношения Пекина с Вашингтоном, Токио и Брюсселем (речь идет о наиболее значимых партнерах) свидетельствуют о том, что это предположение в корне неверно. Процитируем критическое замечание Сэмюэля П. Хантингтона об американской политике 1960-х годов: экономическое сотрудничество и взаимное доверие в политической сфере — это «две независимые друг от друга цели, и продвижение в направлении одной из них не имеет необходимой связи с продвижением к другой». Китайский импорт, инвестиции, кредиты и помощь могут привести к экономической зависимости стран-реципиентов от Поднебесной, но в политической сфере такая зависимость зачастую оборачивается недовольством, а не стратегическим доверием. Если Китай не преодолеет ситуацию «горячо в экономике, холодно в политике», когда тесные экономические связи сопровождаются трудностями в политических отношениях, он может остаться в одиночестве — пусть и великой державой, но изолированной, вызывающей недоверие и неприязнь.

Возможно, председатель Си готов и способен в ближайшие пять лет эффективно решить эту и многие другие проблемы. Если так, то международная политика действительно вступит в новую эпоху.


Се Тао — профессор Школы английского языка и международных исследований при Пекинском университете иностранных языков.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector